Не секрет, что перспективные разработки белорусских ученых часто оказываются не востребованными отечественными предприятиями. Причин тому много: отсутствие у субъектов хозяйствования средств на внедрение инноваций, недоверие многих директоров к новшествам... Порой от изобретателей попросту отмахиваются, не имея времени досконально изучить проблему. Не удивительно, что многие из них хотели бы организовать свои компании, где смогли бы реализовать все имеющиеся идеи. Однако сегодня это сопряжено с большими трудностями — поиском помещения, арендой оборудования и т.д. Могут ли белорусские вузы и институты превратиться в инкубаторы малого инновационного предпринимательства и что для этого необходимо? Эти вопросы мы адресовали ведущему научному сотруднику Научно-исследовательского экономического института Министерства экономики Республики Беларусь кандидату экономических наук Антону СЛОНИМСКОМУ.

— Антон Антонович, в БССР большое внимание уделялось флагманам промышленности, а небольшие предприятия были на втором плане. На Западе же малые фирмы не только не отставали в технологическом развитии, а зачастую опережали крупные…
— Я бы не увязывал воедино наше советское прошлое и отсутствие малого предпринимательства. Ведь оно в определенных формах существовало и во времена СССР. В том числе и то, которое мы называем наукоемким или инновационным. Еще в 1960-е гг. организовывались группы, занимавшиеся целевыми исследованиями за дополнительное денежное вознаграждение. Это было своего рода научное «шабашничество». В производ¬ственной сфере инновационное развитие реализовывалось через изобретательство. Толковые руководители предприятий всегда находили возможность заинтересовать людей и использовать их инициативу. Пусть даже условия работы не оставляли широкого поля для такой деятельности, однако она шла.
— Но все же мировой опыт в этом вопросе гораздо богаче, чем отечественный. Какова роль малого предпринимательства в генерации и внедрении инноваций?
— Сначала хочу обратить внимание на то, что в Беларуси понятия «инновационный» и «научно-технический» нередко считают тождественными, хотя инновации есть во всех сферах, и они не только технические. Их корни — в конкуренции. Любое предприятие, которое хочет победить в конкурентной борьбе, как правило, идет по пути внедрения новшеств. При этом бизнес развивается в существующих условиях. Нельзя сказать, что они благоприятные во всем мире. Даже в рамках одного государства в различных отраслях они могут значительно отличаться. Соответственно, во всех экономических системах есть «низкоинновационные» и «высокоинновационные» секторы. Малые предприятия стараются аккумулировать и эффективно реализовать максимум идей, пользуясь своей гибкостью и мобильностью оперативно «подстраиваться» под рынок, занимают определенные ниши и затем вырастают в средние и крупные. Инновации для них — всего лишь инструмент саморазвития, а не цель.
— Каковы условия работы малых белорусских организаций, занимающихся научно-технической деятельностью в сфере передовых технологий?
— Они действуют в значительно более сложных условиях, чем крупные предприятия традиционных отраслей. Тому виной, во-первых, несовершенство законодательства, регулирующего малый бизнес, и, во-вторых, высокие риски —
результаты исследований невозможно предсказать. И даже если разработка удалась, с новым продуктом приходится в буквальном смысле слова «прорываться» на рынок, ведь ниши чаще всего уже заняты какими-то товарами или технологиями, к которым потребитель привык. Последний нюанс накладывает на малые инновационные предприятия Беларуси специфический отпечаток. Они либо изначально ориентированы на узкий сегмент внутреннего рынка и жестко привязаны к нему, либо вообще учреждаются под целевой запрос извне.
— Считаете ли вы проблемой, что в последнем случае разработки наших ученых уходят за границу, а не остаются на родине?
— Нет. Это абсолютно нормально. Субъект хозяйствования создает рабочие места, платит налоги. Белорусские исследователи при этом развивают свой творческий потенциал, обмениваются опытом с коллегами. К тому же некоторые технологии попросту не могут применяться в нашей стране из-за отсутствия соответ¬ствующих промышленных предприятий. Зарубежный опыт показывает: в научно-технической сфере в области малого бизнеса международного сотрудничества недостаточно, и через этот «шлюз» существенной утечки научных кадров и идей не происходит.
Отечественным малым инновационным предприятиям найти партнеров за рубежом очень сложно. Правда, сейчас в этом направлении произошли определенные подвижки. Европейский Союз активизирует взаимодействие в сфере науки и технологий, а также малого инновационного бизнеса. Страны, имеющие практику по поиску инновационных предложений, создали собственные международные сети для такой работы. Так что, хотя собственных механизмов отыскания «союзников» для наших малых предприятий за границей у Беларуси нет, мы можем использовать иностранные.
— На какой базе начинает свое существование малый высокотехнологичный бизнес за рубежом?
— Многие инновационные фирмы создаются учредителями крупных компаний и решают задачу их поддержки. Также часто небольшие коллективы работников «отпочковываются» от научных учреждений и вузов. Есть даже специальный термин, обозначающий этот процесс, — «спин-офф». Думаю, нашей стране тоже следует идти по данному пути. Академические ученые не всегда имеют возможность довести свои разработки до коммерческого результата, поскольку для этого надо очень многое знать — не только в сфере науки, но и в производстве, маркетинге, бухгалтерии... Однако не всем дано быть вундеркиндами, да и кроме умений нужны еще деньги. Поэтому необходим легальный механизм «овеществления» научных идей, работающий как конвейер.
— Может, свое слово здесь должны сказать технопарки?
— Самым продвинутым из них в Беларуси, на мой взгляд, является Научно-технологический парк «Могилев». Он имеет собственные помещения, создает необходимые условия для инновационных предприятий, занимается трансфером технологий. Но у всех подобных организаций нашей страны есть общая проблема —
все-таки они слабо выполняют свои функции. Образовывать новые фирмы, развивать их достаточно сложно. Здесь есть лишь отдельные положительные примеры.
— Однако если малые субъекты хозяйствования по зарубежному опыту будут возникать при белорусских институтах и вузах и если их учредителями станут руководители последних, то избежать косых взглядов и разговоров, мол, «начальство наживается на созданном государственными коллективами», окажется невозможным…
— В мире этот вопрос уже давно решен. Есть понятия «интеллектуальная собственность», «патент», «объект промышленной собственности». Используешь что-то — заплати, и твоя совесть чиста. Более того, в ряде стран даже реализуется подход, согласно которому интеллектуальная собственность государства через какой-то промежуток времени после ее создания передается в частный сектор без оплаты. Например, в России поднимался вопрос об установлении такого срока в 3 года. То есть если какая-то государственная разработка в течение этого периода не востребована, то ее свободно может использовать любой. В этом есть логика. Государство не должно быть собакой на сене, и созданное за средства налогоплательщиков нужно вводить в гражданский оборот. Что касается интересов отдельных групп, к примеру директорского корпуса, то в науке действует «кибернетический»
принцип. Продвижение идеи всегда более успешно, если этот процесс возглавляет и направляет руководитель какой-либо организации. Сама по себе чья-то задумка без поддержки ресурсами не имеет большой ценности. А кто ими располагает? Директора! Конечно, с марксистской точки зрения неравномерное получение выгод несправедливо, но в рыночной экономике участие в прибылях только части общества считается нормальным. Остальные тоже не в проигрыше — у них есть рабочие места и зарплата.
— Не слишком ли малый срок — 3 года? В белорусских условиях за этот период можно не успеть внедрить даже очень востребованную разработку.
— Мир сейчас развивается весьма динамично. Если какое-то новшество пару лет не используется, часто может найтись изобретение другого порядка, которое буквально «перебьет» предыдущее, делая его бесполезным. В нынешних условиях скорость внедрения инноваций должна быть максимальной.
— Упомянутое негативное отношение людей к созданию руководителями своих предприятий быстро не изменишь. А как к этому процессу должно относиться государство?
— Только одним образом — законодательно его регулируя. При этом нельзя регламентировать все до самых мелочей, иначе любая инициатива потонет в бумагах и волоките. Впрочем, сейчас в нашей стране на уровне правительства как раз делается ставка на либерализацию и раскрепощение людей.
И мы не одиноки в таких устремлениях. К примеру, Европейский Союз в своей стратегии развития видит необходимым поддержать инновационный бизнес и шире использовать интеллектуальную активность граждан. На взгляд чиновников ЕС, это позволит Европе сделать экономический рывок и быстрее преодолеть последствия финансового кризиса. Беларусь с ее высоким научным потенциалом также могла бы пойти по этому пути. Все мероприятия, позволяющие поддержать отечественных ученых и конструкторов, увеличить отдачу наших предприятий, укрепить экономику и международные позиции страны, должны рассматриваться как положительные.
— То есть «проживание» на территории вузов и институтов частных внедренческих фирм следует рассматривать как необходимое явление?
— Малые инновационные предприятия не должны существовать «в пустыне». Важнейший аспект деятельности «спин-офф»-компаний за рубежом — то, что они постоянно «трутся» в окружающей их научно-технической среде, в большом коллективе ученых. Только так они могут успешно развиваться. Более того, их работники должны быть одновременно сотрудниками «материнского» научного учреждения, активно принимать участие в его работе, выступать на международных конференциях и т.д.
— Как государство может помочь возникновению столь нужного эффективного звена, которое бы проч¬но связало научную среду и производство?
— Прежде всего отмечу, что сейчас, к сожалению, количество малых научно-технических предприятий в нашей стране уменьшается, сокращается и число работающих на них людей. Эту тенденцию следует переломить. Думаю, одних льгот для этого недостаточно. Мы помним всплеск начала 1990-х гг., когда создаваемые научно-технические кооперативы зачастую занимались, например, продажей сахара. Повториться такое не должно. На мой взгляд, причина «съеживания» звена между наукой и производством кроется не только в экономических условиях хозяй¬ствования. Это комплексная проблема. Наверное, имеет смысл поддержать все формы взаимодействия ученых и различных отраслей народного хозяйства.
К примеру, в Беларуси недостаточно широко используются временные творческие коллективы, очень эффективно проявляющие себя при решении конкретных производственных задач общими усилиями институтов и предприятий. К сожалению, отдельные случаи злоупотреблений наложили тень на весь механизм такой организации работы. Возможно, сейчас имеет смысл пересмотреть существующие подходы.
Сделаю вывод: там, где ученые и их группы способны сгенерировать и внедрить в жизнь инновации, государство должно предоставить им всемерную поддержку. Пути и методы ее оказания необходимо обсудить и утвердить на самом высоком уровне. На мой взгляд, не следует бояться развивать в этой сфере частный сектор. Малые инновационные предприятия могут внести существенный вклад в экономику страны.
Конечно, республиканский бюджет сегодня не в силах финансировать внедрение научных разработок, но обеспечить минимум помощи государство способно: предоставить целевой группе кредиты, помещения, оказать содействие в зарубежных контактах. Положительный результат не заставит себя ждать.